Почему мы не похожи друг на друга

Очерки о биологической индивидуальности

Белки тканевой несовместимости отличают каждого из нас от окружающих и от всех живущих на планете людей. Чем же мы отличаемся друг от друга, в чем причина этой несхожести?

Этот сайт рассказывает о новейших исследованиях и намечающихся перспективах в расшифровке многих секретов биологической индивидуальности организмов.

 

«Фактор индивидуальности»

Один из американских сотрудников Ландштейнера и его солауреат по Нобелевской премии Филипп Левин родился в России и был привезен в Нью-Йорк 8-летним мальчиком. В 1925-1926 гг. Ландштейнер и Левин открыли М и N факторы крови, а в 1927 г. - кровяное вещество Р. Белок М содержится в эритроцитах у 30% людей, белок N - у 20%, а вещество Р - у 25%, все они имеют наследственную природу. Те же ученые разделили группу крови А на две составляющие: А1 и А2. Ошеломляюще прозвучало и новое открытие Ландштейнера и Левина: не только кровь, но и все выделения человеческого организма - слезы, слюна, пот, желчь, материнское молоко, сперма - имеют групповые свойства. Выделения каждого человека относятся к той же группе, что и его кровь. Сообщение об этом авторы поместили в 1926 г. в американском «Журнале иммунологии». Позже, правда, выяснилось, что не у всех людей пот и слюна содержат групповые факторы, немецкий ученый Шифф и его ассистент японец Сасаки заключили, что все люди делятся на тех, у кого выделения имеют групповые свойства («выделители») и не имеют их («невыделители», составляющие всего 14%).

Финский ученый Путконен обратил внимание на то, что групповые свойства в выделениях организма обнаруживаются значительно ярче, чем в крови; соотношение концентрации он выразил цифрами 300:1. Методы изучения групповых факторов крови и других жидкостей организма составили особый раздел криминалистики и судебной медицины. Еще за 50 лет до открытия групп крови Людвиг Тейхман из Кракова предложил надежный метод обнаружения крови в разных следах, оставленных преступником или его жертвой. Метод был основан на обработке пятен уксусной кислотой и поваренной солью, после чего гемоглобин разрушенных эритроцитов выпадал в виде кристаллов. Теперь, после иммунологических уточнений Ландштейнера, не составляло труда идентифицировать группу крови пострадавшего, следы жидкостей стали «каиновой печатью», разоблачающей преступника.

Перед самой второй мировой войной Ландштейнер вместе с Александром Винером попытались в опытах на животных получить антитела к М-групповому фактору человека. Оказалось, что кровь обезьян макак-резусов содержит фактор, соответствующий человеческому М-белку. Когда кроликам делали инъекцию кровяных клеток обезьян-резусов, в их крови образовывались антитела к этой субстанции. Такие антитела явились чувствительным реактивом для обнаружения в крови людей М-фактора, но склеивались также эритроциты людей, не имевших М-фактора. Видимо, речь шла о каком-то новом, доселе неизвестном факторе. Экспериментаторы назвали его резус-фактором (сокращенно Rh).

Левин в лаборатории Ландштейнера тогда же установил, что существует общность между сывороткой крови кроликов, иммунизированных эритроцитами обезьян-резусов, и сывороткой крови некоторых женщин, рождающих детей с гемолизированной кровью (эритроциты таких детей по каким-то причинам разрушались). Ясно было, что общее состоит в одинаковости антител, но ставился вопрос, что это за антитела. Их даже называли «блокирующие антитела» за то, что они блокировали взаимодействие эритроцитов с другими антителами.

Война внесла перерыв в работу исследователей. Но в 1944 г. Винер, а несколько позже группа англичан во главе с Р. Кумбсом расшифровала эти строптивые антитела. Сами по себе эти антитела не склеивали эритроциты, но оседали, абсорбировались на их поверхности, делая эритроциты болезненно непрочными. Другая сыворотка, содержащая антитела к человеческому глобулину (ее несложно получить от кроликов), уже вызывала склеивание, агглютинацию эритроцитов с блокированными на них резус-антителами. Антитела к резус-фактору назвали «неполными», а пробе для их изучения присвоили имя автора - Кумбса.

Еще позже было показано, что и нулевая, или первая, группа крови не является сугубо нейтральной, у нее возникли свои тайные шифры. Австрийский ученый фон Эйслер получил от кроликов сыворотку против бактерий - возбудителей дифтерии, и эта сыворотка склеивала эритроциты людей I группы крови. Этот неизвестный ранее фактор был назван английским словом «гетерогенный», или кратко по заглавной букве Н-фактор. Позже были открыты и другие групповые факторы эритроцитов - Лютеран, Келл, Левис, Кидд, Даффи и др.

В 1957 г. Винер рассчитал теоретическую вероятность определить с помощью групп и подгрупп крови возможный вариант данного индивида. В Германия на тот момент существовала такая статистика: группа I (II) встречалась у 36% людей, группа II (А) - у 43% (из них A1 у 35% и А2 у 9%), группа III (В) - у 15%, группа IV (АВ) - у 6% (из них А1В - у 5% и А2В - у 1%), фактор М - у 30%, фактор N - у 20%, факторы MN - у 50%, фактор Р - у 75% и Rh-фактор - у 75%. Каждый человек имеет свою формулу.

Таким образом, учение о группах и факторах крови, общих для какой-то части людей, привело к вероятной характеристике отличий данного индивида. Следует, однако, не забывать, что термин «групповые свойства», отражает достаточную распространенность каждого из изученных показателей, и исследование всех известных на сегодня факторов может проводиться лишь в оснащенном гематологическом кабинете. И тем не менее это ощутимо приближало исследователей к решению и оценке «фактора индивидуальности».