Почему мы не похожи друг на друга

Очерки о биологической индивидуальности

Белки тканевой несовместимости отличают каждого из нас от окружающих и от всех живущих на планете людей. Чем же мы отличаемся друг от друга, в чем причина этой несхожести?

Этот сайт рассказывает о новейших исследованиях и намечающихся перспективах в расшифровке многих секретов биологической индивидуальности организмов.

 

Эксперименты в клинике

В самой этой формулировке уже есть определенный вызов. Возможны ли эксперименты на людях? Думаю, что ответ на этот вопрос всегда будет положительным,если медицина исчерпала все другие возможности для спасения данного больного. Более того, очень медленное внедрение экспериментальных наблюдений в клинику подчас надолго задерживает развитие медицинской науки и практики. Примеров тому множество, мы остановимся на нескольких.

Сейчас трудно утверждать, что Сергей Сергеевич Брюхоненко при создании первого аппарата искусственного кровообращения - АИКа - вдохновлялся идеей пересадки органов. Скорее нет, изобретатель предвидел наступление эры кардиохирургии, которую задержало отсутствие такого рода аппаратов. Ведь во время спасительных манипуляций по устранению сердечных пороков хирург должен работать на «сухом сердце», насосную функцию которого в это время выполняет нагнетающая система. Идея оживления головы после ее отсечения путем подключения к ней крови была высказана еще в 1812 г. французом Легалуа, но технически выполнить такой эксперимент оказалось непросто. Более столетия мысль ожидала практического воплощения.

В начале 20-х гг. в разрушенной и голодной Москве Брюхоненко с небольшой группой энтузиастов буквально из подручных и самодельных деталей конструировал то, что он называл «автожектором» (от «автомат» и «инжектор» - впрыскиватель). В 1925 г. была готова первая его модель, не травмирующая клеток крови и поддерживающая постоянное ее давление в организме животного. Для насыщения крови кислородом Брюхоненко совместно с В. Д. Янковским изобрели оксигенатор - специальный сосуд, через отверстия которого к крови поступал кислород, а образующаяся пена отводилась и гасилась парами октилового спирта.

Первые опыты проводились на изолированной от туловища голове собаки, присоединенной резиновыми трубками к автожектору. Глаза этой живущей своей жизнью головы щурились на яркий свет, рот проглатывал кусок сыра, а уши реагировали на знакомый свист. 1 июня 1928 г. на I Всесоюзном съезде физиологов в Москве состоялась публичная демонстрация опыта. Голова собаки жила 20 мин, и почти 500 человек в полной тишине завороженно следили за действительно фантастическим зрелищем. За год до этого московский хирург И. Н. Теребинский прооперировал несколько собак с применением автожектора, но смертность животных оказалась достаточно высокой.

Шли годы, Брюхоненко начал работать над проблемой оживления животных после клинической смерти. Казалось, об автожекторе забыли. И действительно забыли, пока кто-то из смелых хирургов не решился применить его в клинической практике. Эффект аппарата превзошел все ожидаемое. С 1948 г. началось в нашей стране развитие кардиохирургии. Аппараты искусственного кровообращения стали значительно модернизированными, но пузырьковый оксигенатор все тот же, пока более компактный не создан. Изобретатель первого АИКа получил общее признание и был увенчан Ленинской премией... через 5 лет после смерти.

Вильям де Вриз, первым пересадивший механическое сердце человеку в 1982 г., сказал: «Сергей Брюхоненко, на мой взгляд, гений! И он занимался искусственным сердцем!.. Брюхоненко подлинный пионер трансплантации, его работы чрезвычайно важны, думаю, их на Западе недооценивают».