Почему мы не похожи друг на друга

Очерки о биологической индивидуальности

Белки тканевой несовместимости отличают каждого из нас от окружающих и от всех живущих на планете людей. Чем же мы отличаемся друг от друга, в чем причина этой несхожести?

Этот сайт рассказывает о новейших исследованиях и намечающихся перспективах в расшифровке многих секретов биологической индивидуальности организмов.

 

HLA и антропология

Благодаря исключительному полиморфизму и неоднородности географического распространения белков НLА они чрезвычайно удобны для антропологических исследований. С их помощью лучше, чем любым другим методом, можно оценить генетическую дистанцию или, напротив, однородность различных популяций людей. Широкие исследования в этой области начались после сообщения Жана Доссе в 1972 г. о различиях распределения НLА у японцев и парижан.

Выяснилось, что генетическая концепция системы НLА, выработанная па основе изучения преимущественно жителей европейских стран, справедлива для всех человеческих популяций, но частота распределения отдельных НLА-генов может варьировать, отражая этнические различия, установленные ранее историками и антропологами.

Эксперты-иммунологи Всемирной организации здравоохранения в качестве европеоидов изучали жителей Западной и Восточной Европы, Среднего Востока, включая арабов Северной Африки, Северной Индии, Пакистана и некоторых других. К монголоидной расе была отнесены жители Индонезии, Восточной Азии: японцы, китайцы, корейцы, вьетнамцы, тайцы, монголы, а также коренные жители Австралии и Океании, эскимосы и индейцы Северной и Южной Америки. Негроидную расу представляли коренные жители Африки с темной кожей, Центральной и Южной Америки и Западной Индии.

Изучение белков НLА показало, что они являют собой единый алфавит для всего человечества. Многие отдельные белки ТС встречаются одинаково часто у представителей разных рас, однако в ряде случаев их частота заметно варьирует. Частоты встречаемости НLА вычисляли из процента носителей данного показателя в какой-либо крупной этнической группе. Лишь для отдельных НLА-белков была установлена расовая специфика. Чтобы не перегружать текст специальными обозначениями, проиллюстрируем сказанное лишь отдельными примерами.

Практически каждый второй представитель европеоидов и монголоидов был носителем белка А2, но среди негроидов этот белок встречался в 2 раза реже. Белок А3 был присущ каждому четвертому европейцу, а у монголоидов его находили в одном случае из 100. Напротив, белки А23, А30, В42 и В58 были распространены только среди негроидов; белки А24, А33, В52 и В58 - лишь среди монголоидов; а белки А1 и В8 - среди европеоидов. Указанные факты пока не получили удовлетворительного объяснения, их трудно связать с другими очевидными расовыми отличиями. Но не будь этих иммунологических маркеров, не удалось бы Доссе отгадать загадку происхождения современных жителей острова Пасхи, затерянного в просторах Тихого океана. Получив образцы крови островитян, французский ученый с уверенностью заключил, что предки этих людей - представители промежуточной полинезийской расы, прибывшие туда около 5000 лет назад.

С помощью анализа НLА были получены и более детальные разработки, указывающие на генетическую неоднородность расового состава. Американские индейцы, относящиеся к монголоидной расе, не имели характерных для этой расы маркеров А10, A11 и В52. Полиморфизм HLA-белков был у них весьма ограничен, редко встречались распространенные у других народностей белки. Все это можно расценить как результат относительной изоляции представителей изученных племен индейцев от окружающих популяций, отсутствие браков, могущих дать более полиморфное потомство. И это можно понять, так как американские индейцы тысячелетиями были отрезаны от остального населения планеты.

Своеобразными изолятами выглядели и эскимосы Гренландии, географическая обособленность которых нарушилась только в последние годы. Иммуногенетические исследования помогли утвердиться во мнении, что эскимосы являются характерными монголоидами (преобладание в популяции характерных белков А24, В15 и В40), но аллели HLA были у них выражены сравнительно однородно, что опять же говорило об отсутствии дрейфа генов.

В других случаях, напротив, характер распределения белков HLA позволял судить о процессах миграции населения и дрейфе генов, сопровождающемся накоплением случайных мутаций. Так, белок В22, отсутствующий у представителей азиатских народностей и часто встречающийся у австралийцев, являлся показателем движения аборигенов Австралии в некоторые районы Полинезии: у обитателей островов Тихого океана Самоа и Фиджи процент носителей В22, был достаточно высоким. У представителей ряда племен североамериканских индейцев был выявлен белок В21, характерный для жителей Средиземноморья. У части коренных жителей Японии - айнов - были найдены белки А28 и А31, не присущие другим азиатам, но встречающиеся среди европейцев. Проникновение выходцев со Среднего Востока в южные области Италии можно было проследить по встречаемости гаплотипа А30/В13, не присущего тамошним аборигенам, и т. д.

Все эти примеры показывают, что учет комбинаций HLA-белков может прояснить некоторые вопросы расовой дифференциации человечества, а в некоторых случаях внести неожиданные коррективы в устоявшиеся догмы. Более того, биологи надеются, что сравнительный анализ генов НБА разных человеческих рас и пород человекообразных обезьян позволит более обоснованно ответить на вопрос о происхождении человека, на каком этапе произошла «развилка» между четвероногой и двуногой обезьяной и когда от последней начали ответвляться линии потомства, в русле которых стали формироваться расовые отличия.